| Лесное сообщество Коми активно обсуждает последнее совещание относительно лесной сертификации, организованное Союзом лесопромышленников РК. БНКоми представляет беседу об итогах совещания, а также относительно развития системы добровольной лесной сертификации в Коми с руководителем регионального Центра лесной сертификации Людмилой Штурм. 
В республике хорошо известна сертификация по версии Лесного попечительского совета (FSC). Эту систему продвигает фонд «Серебряная тайга». Мировой «конкурент» FSC – PEFC - в Коми не представлен. Что представляет собой сертификация по системе PEFC? Схема работы в рамках системы PEFC такая. Разрабатывается национальная независимая сертификационная схема. Затем она идет на утверждение в орган, который назначается Центральным органом PEFC. Там сидят очень хорошие специалисты, проверенные. Туда поступают все национальные схемы добровольной лесной сертификации. В нашем случае это была Финляндия, так называемая «третья сторона».
Возможен и обратный процесс. После аккредитации мы со своей национальной сертификационной схемой в любой момент сможем выйти из PEFC. Для чего это нужно, - для того, чтобы удешевить процесс для лесопромышленников. В схеме PEFC мы остаемся независимыми от центрального органа. В этих рамках мы можем контактировать с другими национальными схемами. Такие контакты важны именно в плане торговых отношений, ради чего и действует система сертификации.
Национальная схема лесной сертификации (РССЛ) сейчас находится в стадии аккредитации стандарта. По этой схеме уже были апробации. В августе 2002 года во Владимире сертифицировались Гусевский леспромхоз и лесхоз. Это не так далеко от нас, и географически, и по условиям. Стандарт работает.
Как только мы получим аккредитацию PEFC, автоматически произойдет замена национального сертификата РССЛ на сертификат PEFC, признание нашего сертификата. Важно и то, что все замечания к уже аккредитованному стандарту принимаются Центральным органом PEFC и раз в пять лет внимательно рассматриваются, при необходимости вносятся изменения в стандарт. Это очень важно, ведь в такой стране как Россия трудно все сразу предусмотреть. А кто занимался разработкой проекта национального стандарта РССЛ? Стандарт РССЛ разрабатывали Центральный научно-исследовательский и проектно-конструкторский институт механизации и энергетики лесной промышленности (ЦНИИМЭ), Всероссийский научно-исследовательский институт лесоводства и механизации лесного хозяйства (ВНИИЛМ), Московский государственный университет леса (МГУЛ) при поддержке Союза лесопромышленников и лесоэкспортеров РФ. Насколько я понимаю, сначала Россия получит не постоянную аккредитацию PEFC? Нет, но это не должно беспокоить. Скажем, Финляндия получила постоянный статус в PEFC только в 2005 году. С 2002 года она работала по временной схеме, но это там никого не смущало. В чем, по вашему мнению, принципиальная разница между PEFC и FSC? В приоритетах. В PEFC приоритетом являются социальные интересы. Если схема PEFC хороша, что же сдерживает ее продвижение? Мне это непонятно. Думаю, что сдерживает еще одно различие между PEFC и FSC. Сертификация в рамках PEFC - это сертификационная инициатива снизу. FSC насаждается «сверху». У нас в России народ неинициативный, люди не так расторопны, ужасно боятся всего нового. У нас проще, если сверху скажут. Я только этим могу объяснить. То, что снизу идет, всегда идет тяжелее. Вас не смущает политическая поддержка инициатив «Серебряной тайги» и FSC, в том числе со стороны Комитета лесов Коми? Я не могу это вообще назвать политической поддержкой. А почему не можете? «Серебряная тайга» в поддержку своей позиции всегда приводит ссылки на Комитет лесов РК (ранее агентство - БНКоми), ссылки на правительство РК, в частности, на бывшего замглавы Коми Анатолия Каракчиева. Постоянно выступает г-н Обухов (руководитель комитета лесов - БНКоми), заявляя, что есть некая поддержка инициативе FSC. Это только здесь (в республике - БНКоми) так. Я больше нигде такого не слышала. Только может коми-политическая поддержка.
Позиция же «Серебряной тайги» мне в принципе понятна. Они разработали региональный стандарт FSC. Они считают его своей собственностью. Естественно, что они будут зарабатывать на том, что кто-то будет пользоваться этими стандартами. Я их могу понять. А вот почему комитет лесов в этом участвует мне не понятно. Может потому, что они им («Серебряной тайге» - БНКоми) доверяют безоговорочно. Позиция лесного департамента Минпромэнерго РК намного понятнее и прозрачнее. Они как раз ищут конкурентную среду в сфере лесной сертификации. Они хорошо относятся к «Серебряной тайге», внимательно выслушивают и Национальный совет PEFC. Присутствует ли конфликт систем PEFC и FSC в мире, в России? Почему-то считается, что PEFC и FSC - это конкурирующие организации. Но во всем мире они очень тесно сотрудничают между собой. Изначально идея FSC была настолько хороша, что все критерии, которые были определены FSC, применены и в PEFC. Аудиторы обеих систем в мире активно контактируют. В принципе они выполняют одну и ту же работу. Не заметила конфликтов я и в России, а вот в Коми – вы сами видели на совещании агрессию представителей «Серебряной тайги» по отношению к PEFC. На совещании, организованном недавно Союзом лесопромышленников РК заявлялось о лидерстве FSC. Присутствует ли такое лидерство, количественное, по объему сертифицированных площадей, либо технологическое? Никакого лидерства FSC нет. На 2005 год PEFC в мире занимал 74%, сейчас порядка 80%. Лидерства нет уже с 2002 года. Давным давно лидер – PEFC. А технологическое лидерство. FSC отмечает, что их схема лучше проработана именно в России? А как они могут сказать лучше или хуже, когда и они, и мы работаем без аккредитации. То, что они быстрее вошли на рынок – я согласна. Другой вопрос, почему быстрее, - потому, что первые сертификаты FSC давались практически бесплатно. За счет этого они очень быстро вышли вперед. При движении «сверху» они действительно могут себе позволить профинансировать фактически бесплатную сертификацию. Когда процесс идет «снизу», как в PEFC, разумеется, никто такие вещи финансировать не будет. Именно поэтому в России пока лидирует FSC. Вопрос, какой ценой. А какой? Сейчас сертификация не так дорога. А через пять лет вы можете себе представить, сколько это будет стоить для наших лесопромышленников. Я, например, боюсь даже подумать. Сколько это будет стоить, когда мы уже втянемся, «подсядем» на FSC. Они, конечно, обещают, что будет дешево. Нас просто подсадили на FSC. 70% сумм от лесной сертификации идут на систему, она очень большая – центральный орган, его подразделения, - фактически это пирамида, у которой много ступеней. Нам необходим национальный стандарт, чтобы эти деньги не уходили из России.
Пока у нас есть рычаг – национальный стандарт - надо им пользоваться, быстрее продвигать российскую систему. Она должна быть признана в мире. Это вариант более-менее автономного, независимого существования. Россия слишком большая страна, чтобы подчиняться FSC, страна достойна своей системы сертификации. Этот вариант нам может обеспечить только PEFC. Лет через десять нам скажут за эту работу спасибо. В чем же правовая разница между PEFC и FSC в России? Есть позиция, что стандарты FSC применимы, а ваши неприменимы. Аккредитованных стандартов нет, ни у нас, ни у FSC. По нашему стандарту можно проводить сертификацию и получать сертификат РССЛ. Он уже легитимен, но не имеет международного статуса. Никто из этого не делает трагедию.
По стандартам FSC нельзя сертифицироваться, они не аккредитованы. Национального стандарта у них нет. Просто презюмируется, что проект нацстандарта FSC схож с международным, поэтому FSC его, якобы, признает. Каковы перспективы у проектов стандартов обеих систем? По FSC не могу сказать, а по нам – предполагалось, что мы получим временный статус уже в марте этого года, думаю, что максимум задержки составит три месяца, то есть примерно в июне все должно разрешиться. Временный статус – это нормально. Нам дают время, чтобы определенные недоделки устранить. У Финляндии, я уже говорила, временный статус был с 2002 года и нисколько их не стеснял. Они медленно все это дорабатывали. И совершенно правильно. У них там есть серьезные особенности. У них, как и у нас, жители очень серьезно пользуются лесом, - собирают ягоды, грибы. Это нормально. В Германии, например, дикоросы не собирают вообще, поэтому и схемы у них проще. Проще договориться и с местными жителями, которые и в лес то не ходят. Понятно. Каковы сейчас отношения центра с самым активным оператором на рынке добровольной сертификации в РК - «Серебряной тайгой»? Когда центр только начинал работать, мы очень активно у них консультировались, особенно по лесным вопросам. Там хорошие специалисты-лесники. Но сейчас работать стало сложнее и будет, чувствую, еще хуже. Раньше они («Серебряная тайга» - БНКоми) финансировались WWF («Всемирный фонд дикой природы» - БНКоми), швейцарцами, а сейчас – самостоятельны. В свое время они делали работу очень хорошо, сейчас что-то у них случилось не то. Сами представители «Серебряной тайги» не соблюдают собственные рекомендации. Например, есть буклет с их рекомендациями по проведению общественных слушаний, они представляли этот материал в аккредитующий орган. А сейчас, видимо, на соблюдение этих требований не хватает времени. Они поняли, что «декларации» прошли хорошо и можно расслабиться. Их теперь строгие требования не волнуют. Я так понял, что у Вас возникли некие расхождения. Когда они появились? Расхождение пошло по вопросу принятия Лесного кодекса РФ и применения лесного законодательства. Поэтому мне и не нравится FSC. Есть вопросы по соответствию их стандартов лесному законодательству. Очень много расхождений, особенно, когда дело касается экологических аспектов лесопользования. Эти расхождения настолько серьезны, что если леспромхоз выполняет все лесные законы, он сертификат FSC не получит. Взять хотя бы девственные леса. Человек получил законным образом делянку, а рубить не может, - «девственные леса». Я вообще не понимаю термина «девственные леса». К ним можно отнести слишком большие территории. Порядок отнесения к таким лесам не поддается логике, причем FSC отказывается что-либо менять в этом направлении.
Карты «Серебряной тайги» с обозначением девственных лесов очень странные. Помню, я была на аудите в Удорском районе. Мы пошли по карте девственных лесов, а там все раскорчевано, что называется «до немогу». Но «Серебряная тайга» ведь тоже связана стандартом… Я понимаю, что «зеленые» на себя тянут одеяло, государство на себя. В конечном итоге кто будет страдать, – лесопромышленник. Если строго соблюдаешь кодекс – не получишь сертификацию FSC, соблюдаешь принципы FSC – нарушаешь кодекс. Разве не правильнее, когда та же «Серебряная тайга» гармонизирует стандарт с лесной службой, чтобы не страдал лесной бизнес. Работайте с лесным комитетом. Им объясните, где девственные леса и какие участки не надо давать в аренду.
Мне не нравится и то, что «Серебряная тайга» невнимательно относится к проблемам местного населения. Юрий Паутов (координатор по лесной политике фонда «Серебряная тайга» - БНКоми) как-то мне говорил, что жители Прилузья живут лучше, чем в Германии. Наглая ложь. У меня родственники из Прилузья. Есть с чем сравнивать. Как работает FSC в социальном направлении, - они говорят, что вот построили на район баскетбольную площадку. Думаю, что это не самая большая необходимость для села. Да и одна площадка на район – это несерьезно. Есть мнение, что за FSC стоит мощное «зеленое» лобби, а у PEFC этого «плюса» нет. Какова ситуация? PEFC не нарушает экологических принципов. Насколько я знаю, у PEFC нет конфликта с «зелеными». По крайней мере, я не слышала о каких-либо конфликтах. Я слышала о конфликте «зеленых» с FSC в Приморье. Такое было. Проект схемы сертификации, презентованный на последнем собрании, как вы его оцениваете? Как относитесь к идее сертификации лесхозов, предложенной «Серебряной тайгой» на совещании, организованном Союзом лесопромышленников РК. В PEFC есть понятие групповой сертификации. Эту схему работы я понимаю. Собираются люди и договариваются о порядке коллективной работы по сертификации своих лесов. Групповая сертификация – действительно добровольная. Здесь же другое. В лесничестве может быть несколько арендаторов. Одному нужна сертификация – другому нет. Тут я усматриваю нарушение принципа добровольности, базового принципа. Думаю, что эта схема лучше только в том случае, когда какое-то лесничество полностью «подчиняется» какому-то одному арендатору. Групповая сертификация работает. Как будет работать предлагаемая «Серебряной тайгой» схема – не знаю. Никогда не сталкивалась с такой странной схемой. Понятно. Я хочу сказать одно, самая лучшая вещь для сертификации в Коми – это конкуренция. Не та ситуация, которая сейчас есть, а конкуренция структур, систем. В этом случае намного быстрее, качественнее будут решаться вопросы. Конкуренция будет и сильным сдерживающим фактором от любых злоупотреблений. Краткая справка: Центр лесной сертификации и аудита Республики Коми – член Национального совета по разработке национальных стандартов лесной сертификации. Руководитель центра - Людмила Штурм. Центр является представителем Национальной системы добровольной сертификации лесопользования в России (РССЛ). Имеет тесные связи с представителями Панъевропейской системы лесной сертификации (Pan-European Forest Certification Scheme - PEFC). Бизнес-новости Республики Коми
|
